Тася (anastgal) wrote,
Тася
anastgal

Categories:

Чемоданы (из колонки)

Вы думаете, я просто так, от нечего делать решила стать написателем колонки раздумий и впечатлений? Нет и нет! У меня есть одна задняя и несколько передних мыслей. А то как же!
Дело в том, что в загашниках покоится три недописанных романа. Один - почти готовый и почти толстый - в нём 10 авторских листов, ага. И ещё два , которые должны стать толстыми, но пока лежат в отделениях для анорексичной литературы в анабиозе и ждут своего часа, дабы стать уже раскормленными и прекрасными. Кому в наше время нужны рассказы - никому!
Ежели что - так у меня их на две полноценные книги хватит. Или даже на три. Но я же не великая Токарева, нет, я - не она. Мне так однажды и сказали. "Не Токарева вы, чтобы на вас бумагу тратить и сборник с рассказами неизвестно кого выпускать. Вот вы сначала издайте пару-тройку романов, а уж потом..." Романы я писать не умею, так что... вся надежда только на эти три - недописанные.
Самый близкий к издательскому станку роман о Лильке. То есть обо мне. То есть о той, которая много лет сидела в моей башке и строила разные выкрутасы. То тут то там. Я надеюсь, что мои "колончатые" записки каким-то образом смогут влиться в роман о Лильке и её времени...

А теперь, собственно, о чемоданах. Раньше они бывали куда нужнее и список их возможностей включал в себя куда больше возможностей, чем теперь. Например, хранение романов. Ага, я умею сводить концы с концами - не сомневайтесь. Помнится, мне один писатель из древних ящуров, который только так чемоданы и использовал - у него их было пять штук и в каждом по два романа, - говаривал, что, мол, в чемоданах умещается вся его жизнь! С тех пор я знаю, что такое роман на вид - половина огромного чемодана, набитого чуть пожелтевшими листами бумаги формата А4.

Чемоданы раньше были куда солиднее сегодняшних. Теперешним с ними не сравниться. В теперешних как-то слишком много фривольностей и изысков. Колёсики, молнии, кармашки, навесные отделения, пристёгивающиеся ремни и ручки - эх, красота! Не то что раньше - во времена, когда в каждом чемодане было, обязательно было что-то такое решительное, окончательно-бесповоротное, грубоватое, мужественное (все эти эпитеты легко вгоняются в одно понятие "брутальность" ) и наконец - сакральное. И при этом никаких посторонних прибамбасов, никаких красивостей и отвлечений развлекательного свойства.

Дальние-дали... Каждая поездка  могла стать броском в чудесную неизвестность, в ужасную неизвестность, в таинственную неизвестность, в сказочно-прекрасную неизвестность. Каждая поездка могла обернуться встречей с новыми впечатлениями, приключениями, испытаниями. Романтического свойства, естественно - даже не сомневайтесь. Времена были такие. Если партия скажет, а правительство прикажет - любой, самый тяжкий, опасный, травматичный труд нашенские писатели и журналисты с лёгкостью превращали в романтику дальних странствий, в энтузиазм усатых лириков и бородатых физиков. И все непременно с гитарами и генетическим противоядием от комариных, змеиных, скорпионьих и тыды укусов.
Лирики ехали валить леса и перекрывать реки, физики строили города и электростанции, а обыватели им завидовали и трудились на тракторах и строительстве хрущёвок.
Обыватели обожали свои чемоданы куда больше, чем те, кому завидовали. Обыватели верили в свои чемоданы. В чемоданах таилась надежда когда-то стать полезным членом великого общества пионеров, которые, как Ленин, всегда впереди. Чемоданы как минимум два раза в год доставались с антресолей и протирались влажной тряпочкой. С чемоданами разговаривали...
- "Ну что, дружище, скоро и мы с тобой поедем строить БАМ (газопровод Уренгой-Помары-Ужгород, ГЭС на Каракумской канале, целлюлёзный завод на Ангаре, а лучше - на Байкале). И тогда нас с тобой все сразу зауважают!"
Чемоданы в ответ, конечно, ничего не произносили, но манили недрами своих исподней, пугали запахами странствий, эхом дальних углов, и лишь порой с громким лязгом захлопывались, пытаясь всё-таки что-то сказать, но не судьба - чемоданы молчат! Говорить за них должен кто-то другой.

Один такой чемодан стоит на родительских антресолях по сию пору. Я не выброшу его никогда. Даже несмотря на то, что ненавижу эту поганую тварь. Сколько же он кровушки моей выпил! Огромный, коричневый, фанерный, с непоколебимыми замками и толстой крепкой ручкой. Да, я его терпеть не могу. Но разве можно выбросить это гнусное существо, если каждый раз, глядя на него, я вспоминаю так много... так много, что ни пером описать, ни в сказке сказать...
Tags: колонка
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments